КРАТКАЯ ИСТОРИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ И РАСПРОСТРАНЕНИЯ ТАТУИРОВКИ

Продолжение. Начало в № 674

Велик и многообразен мир татуированных символов. Пожалуй нет места на земле, где бы тем или иным образом не пытались украсить человеческое тело. Индейцы тлинкиты (северо-запад Америки) изображали в своих рисунках браслеты и кольца; на Каролинских островах девушки татуировали себе нижние части живота и ляжек; африканские яунде, которые татуировались рубцами, проводят от угла рта к уху через щеку изображение трубки.

У индейцев колумбийских берегов на северо-востоке Америки женщины разрисовывали себе даже язык.

У ряда африканских племен супруги получают татуированные знаки вместо обручальных колец, а мать носит знаки, указывающие на число ее детей.

В Калифорнии (у племен кароков и патават) выводили на щеках узор пера, и весь живот покрывали изображением дерева.

По рисунку и цвету татуировки на теле туземцев, а также по ее месторасположению можно было определить статус данного лица в племени. Американские индейцы наносили на свое тело боевую раскраску во время враждебных отношений с другими племенами. Различие лишь в том, что яркая раскраска наносилась на некоторое время, тогда как татуировка – на всю жизнь.

И все-таки самым важным мотивом остается желание человека украсить себя. Это подтверждает песнь, которую пели при выполнении татуировки в Полинезии:

“…Пусть каждая линия будет проведена
На теле великого, богатого мужа,
Пусть фигуры будут красивы!

А на теле мужа, который ничего
не может заплатить,
Проведи линии и кривые,
и не замыкай их!..”

В Японии искусство татуировки называют “ирэдзуми”. И уходит оно своими корнями в глубокую древность. Некоторые этнографы считают, что стремление к украшению собственного тела японцы переняли от айнов – древних обитателей, населявших Японский архипелаг. В те времена татуировка еще носила в основном ритуальный характер. И лишь значительно позже она стала четким признаком принадлежности человека к той или иной социальной группе. Вытатуированными крестами и полосами метили, например, касту неприкасаемых, а также преступников. Чтобы замаскировать эти позорные знаки, носители их зачастую прибегали к нанесению на тело различных сложных узоров, среди которых метка палача просто терялась.

Во второй половине XVIII века в Японии огромную популярность приобрел переведенный с китайского роман “Суйкодэн” о приключениях 108 воинов, объединившихся в разбойничью шайку наподобие робин-гудовской. На японском языке роман вышел с прекрасными иллюстрациями великих художников Хокусая и Куниеси. Китайские благородные разбойники были изображены красочно татуированными. Возможно. это и породило новую моду.

Одним из самых распространенных мотивов татуировки была Y-образная фигура, повсеместно трактуемая эскимосами как китовый хвост, связанная с особым отношением к киту. Этот мотив встречается в татуировках щек и рук женщин, у углов рта мужчин

Тотемная татуировка или татуировка животного покровителя встречались не только у индейцев. Вспомним, например, героя романа Фенимора Купера “Последний из могикан” – Ункаса, грудь которого украшала татуировка в виде изображения тотемного животного- черепахи.

Татуировка имела социальное значение – она указывала на принадлежность женщины к той или иной общественной группе. Знатные женщины племени мбайя татуировали себе руки от плеч до запястья и лишь в редких случаях наносили татуировку на лицо, что считалось признаком низкого происхождения. Этот обычай, некогда строго соблюдавшийся, постепенно исчезал. Путешественники первой половины XIX века отмечают, что кадиувео покрывали татуировкой все тело и лицо, причем на правую и левую половину тела наносился разный узор.

К середине ХХ века татуировка сохранилась лишь у некоторых племен; встречается она редко, и узоры ее несложные. Так, женщины племен гулупи и мака после замужества покрывают себе щеки синими полосами и ромбами; мака наносят сходную татуировку на подбородок и нос при наступлении половой зрелости.

С. И. Руденко посвятил ряд своих статей и исследований вопросам татуировки, и в частности, татуировке азиатских эскимосов. Он отмечал, что еще в тридцатые годы нашего столетия обычай татуироваться был весьма распространенным среди местного населения, хотя сейчас азиатские эскимосы не татуируются. Наносимые узоры служили общепринятым украшением. Татуировались девушки с наступлением половой зрелости, до замужества. Впрочем, не узорная татуировка, татуировка простыми линиями наносилась, да и теперь еще наносится, на заболевшие члены с медицинской целью как женщинам, так и мужчинам. С той же целью на лбу над бровями наносились схематические изображения человечков при нервных заболеваниях.

Хотя техника эскимосской татуировки проста, однако достаточно болезненна и напоминает “вышивку на коже”. Она выполнялась продергиванием под кожей нитки, натертой сажей. Самая сложная татуировка опытной женщиной выполнялась в течение одного, реже двух дней. У мужчин встречаются на щеках, у углов рта кружки или полу-кружки, короткие линии на висках, фигурки человека на лбу над бровями. Татуировка женщин гораздо богаче и разнообразнее. Обычно на подбородке, от нижней губы книзу идут три, пять, семь двойных, реже тройных линий подобно тому, как это встречается у аляскинских эскимосов. Часто две параллельные линии нанесены на лбу между бровями, спускаясь вниз по обе стороны носа. Значительно сложнее татуировка щек. Как правило, правую щеку покрывает татуировка более сложная, левую- более простая. В некоторых случаях татуировка покрывает только одну щеку.

С тех пор, как человечество начало подвергать себя опасностям на море и в чужих странах, изображение женщины стало также и символом богини удачи – Фортуны. Подобными символами морского счастья были также якорь, спасательный круг и дельфин. Встречались матросы, которые умудрялись выкалывать якорь даже на лысине.

Матросы, татуировавшие распятие на всех частях тела, были убеждены, что в случае кораблекрушения ни одна акула не осмелится не то что съесть татуированного, но даже попробовать мизинец на его ноге.

В древности татуировка у различных народов имела многообразное назначение. По сообщению Геродота, у фракийцев “порезы на коже означали благородное происхождение; не имеющий их – не благороден”. Как повествует Ксенофонт, у сыновей богатых моссиник “спины были разрисованы, а передняя часть тела татуирована цветами”. По свидетельству Помпония Мелы, агафирсы “разрисовывали свои лица и тела более или менее, смотря по степени благородства”. Позже этот обычай отмечен у динлинов и у наследовавших им кыргызов, у которых татуировка была привилегией храбрейших. В античной древности рабы носили на теле выполненное татуировкой имя своего хозяина. Более того, Геродот рассказывает, что во времена Дария Гистаспа татуировкой пользовались для конспиративной переписки. Так, к Аристагору, тирану Милета, из Суз от Гистиэя пришел раб с исписанной головой, указуя на то, что Аристагору следует восстать на царя. Желая дать знать это Аристагору, Гистиэй, вследствие того, что дороги охранялись стражей, мог сделать это безопасно только следующим образом: вернейшему из рабов он сбрил волосы на голове и исписал ее уколами, потом дал волосам отрасти. Как скоро волосы выросли, он отослал раба в Милет с единственным поручением: по прибытии на место предложить Аристагору обрить его и осмотреть голову, а уколы на голове приглашали, как сказано, к возмущению.

Следует отметить, что на наличие татуировки у племен Ближнего Востока и Восточной Европы имеются некоторые указания. По сообщению Гиппократа, “вся масса скифов, сколько ни есть их кочевников, прижигают себе плечи, руки и кисти рук, груди, бедра и чресла, но не для чего иного, – объясняет знаменитый врач, – как из-за слабости и вялости, чтобы быть энергичнее”. О царских скифах Геродот писал, что они “делают себе на руках порезы” в знак печали при похоронах, вместе с отрезанием частей уха и прокалыванием левой руки стрелой. Однако шрамы на теле после указанных операций еще нельзя рассматривать как татуировку. О наличии татуировки у соседей скифов-агафирсов- сообщают позднейшие авторы. Так, Помпоний Мела пишет, что они “разрисовывают лица и тела… одним и тем же рисунком и так, что смыть их невозможно”, а Аммиан Марцеллин добавляет, что племя это раскрашивало все тело голубым узором. По словам Плиния, “даки и сарматы мужчины расписывали себе тело”.

“…Где слышен этот шум?
В Ханнаману.
А что это за шум?
То шум сотни молотков,
Они стучат, стучат, стучат
По акульим зубам.
Где этот свет?
Вокруг королевского дома.
А что это за тихий смех?
Это весело, тихо смеются
Сыновья и дочери тех,
кого татуируют…”

Полинезийская ритуальная песня, исполняемая при татуировке

Герман Мелвилл, прославившийся благодаря своему роману “Моби Дик”, так описывал в 1845 году процесс нанесения татуировок на Маркизовых островах Тихого океана: “Художник, сердце которого так же черство, как сердце армейского хирурга, продолжал свое дело. Временами тишину нарушали какие-то дикие восклицания и крики, сопровождаемые притопами и прихлопами, напоминавшими по форме и звучанию самозабвенно работающего дятла”.

Редкие сохранившиеся до наших дней мумифицированные или вмерзшие в ледники тела людей из далекого прошлого достаточно часто были в большей или меньшей степени татуированы. Достаточно вспомнить о найденном в Альпах теле Ози – человека из бронзового века, пролежавшего в ледниковой могиле более пяти тысяч лет. На его теле отчетливо видны следы татуировок. Правда, их назначение не вполне понятно: то ли они свидетельствовали о принадлежности к определенному племени, то ли являлись терапевтическим средством для профилактики заболевания суставов, которым явно страдал Ози.

Другой пример – обнаруженные археологами в России, на плато Укок, расположенном высоко в горах Алтая, тела “вождя”, “воина” и “принцессы”, которые находились в замерзших могилах, датируемых учеными IV веком до н. э. Весьма характерные татуировки, сделанные на этих телах, по всей видимости, являлись признаками сословных различий. К примеру, на правом плече “воина” изображена весьма зрелищная сцена оленьей охоты! А вот орнаментный круг, нанесенный на спину “вождя”, по сей день является для историков головоломкой. Правда, в книге исследователя в области истории татуировок Стива Гилберга приводятся данные о том, что представители некоторых этнических групп Сибири и по сей день используют похожие татуировки в качестве болеутоляющего средства.

Что касается египетских мумий, то тут разнообразию дизайна нанесенных на тела татуировок могла бы позавидовать любая художественная галерея мира! К примеру, на руках и бедрах жрицы бога Хета, Амуны, мумифицированное тело которой относят к периоду правления 21-й Династии (2160 – 1994 гг. до н. э.), отчетливо видны изящные параллельные линии, а чуть ниже пупка расположен замысловатый орнамент из концентрических кругов. Кстати, подобные “татуировки” выбиты на саркофагах, в которых покоились мумии некоторых египетских правителей. По мнению ученых, в данном случае дизайн изображений отражает сословную принадлежность “хозяина”, что с точки зрения египтологии является чрезвычайно важной информацией. Напомним: по религиозным представлениям древних египтян, сословная иерархия сохраняется и после смерти, так что татуировки могли являться неким “документом”, подтверждавшим прижизненный статус их обладателя.

Более молодыми, если говорить об их датировке, являются фигуры мужчин, увековеченные на барельефе гробницы фараона Сети 1 (около 1318-1304 года до н.э.). Ноги и руки этих фигур украшены различными мотивами, из которых несколько представляют символы воинственной богини Неит, идентифицировавшейся греками с Афиной.

С медицинско – психологической точки зрения под татуировкой (стойкой экзогенной пигментацией кожи) понимается сознательное искусственное нарушение целостности кожных покровов посредством колюще-режущих инструментов, с последующим введением в раневую поверхность красящих веществ, с целью получения стойких, неисчезающих изображений.

В настоящее время существует несколько этимологических теорий происхождения слова “татуировка”.

1) “Та-татау”, “тату”. “та-тат-тори” – представляют собой звукоподражание шуму “тат-тат-тат”, являющимися результатом постукивания по инструменту, с помощью которого производится татуировка.

2) Явайское слово “тату” – рана или раненый.

3) Полинезийское происхождение “тату” – рисунок, или “Тики” -имя полинезийского бога, установившего татуировку, как отличительный признак племени.

4) На таитянском языке “та” – картинка, “ату” – дух. Татуировка известна уже в течение многих веков. Возникла она еще в период родоплеменных отношений и служила своеобразным “паспортом”. То есть по рисунку, его расположению, цвету можно было определить, какой статус занимает данное лицо в своем племени. Иногда, временное изображение наносилось яркими красками без нарушения кожных покровов; в частности, индейские племена, находившиеся во враждебных отношениях между собой, наносили на лицо определенное сочетание красок, которое объясняло, что они находятся в состоянии войны.

Человек не имел права говорить о себе – за него “говорили” татуировки, которые были проявлением, отражающим его поведение в определённых ситуациях (знаки отличия, вехи жизненного пути).

У многих племен татуировка выполняла несколько функций сразу так например: она не только исполняла роль одежды, являясь ее своеобразным эквивалентом или украшением, но также непосредственно была адресована в виде неречевого рисуночного стимула к другому человеку, чтобы вызвать у него эмоции, а через них и отношение к обладателю той или иной татуировки.

Лицо человека, как самая заметная часть его тела стало первым объектом для нанесения искусственных меток как с декоративной целью, так и с целью информирования окружающих о статусе (общественном положении) татуированного внутри группы. Дикари из племени “маори” в Новой Зеландии носили на лице татуировку, выполненную в так называемом стиле “моко” – стиле высокой сложности, служившим атрибутом воина, говорившем о его храбрости и общественном положении в племени.

Когда воина убивали в сражении, его голову, если лицо было украшено “моко”, аккуратно отрубали и сохраняли. На трупы воинов, чьи лица были без рисунка, не обращали внимания. «Два квадрата» на спине воина из племени аданг – мурунг навсегда клеймили его как труса, повернувшегося к врагу спиной во время битвы.

Когда вождь племени маори в начале 1800-х годов был привезен в Англию одним из миссионеров, это событие стало настоящей сенсацией: король Георг IV оказал ему всяческие почести и щедро одарил подарками, которые практичный вождь не долго думая обменял на мушкеты и другое современное вооружение 19 века. Вернувшись в Новую Зеландию, он раздал оружие своим воинам, которые тут же стали считаться непобедимыми.

Тем временем их безоружные враги начали ломать голову над тем, как бы им заполучить мушкеты и порох… Думали, надо сказать, недолго. Проворные разведчики в лагерях белых людей подслушали разговоры о том, что татуированные кожа и головы приносят хорошие деньги, щедро выплачиваемые музеями и частными коллекционерами. Во тут-то и началось! Когда аборигены исчерпали “запасы” традиционных трофеев (речь идет о скальпах усопших родственников и вражеских воинов), они устремили свои жадные взоры на пленников и рабов.

Татуирование являлось своеобразным религиозным ритуалом и заменяло у дикарей определенные этапы развития личности (“крещение”, половая зрелость, достижение брачного возраста).

Тесная связь между татуировкой и сексуальностью характерна для многих племенных общин. Например: у папуасов молодые девушки, разрешившие татуировать себя полностью, даже с внутренней стороны их бедер, были обеспечены шестью-семью поклонниками, а женщины с атолла Нукуро в Микронезии обязаны были татуировать лобковые зоны для того, чтобы получить право родить ребенка: дети, рожденные от женщин, не имевших такой татуировки, должны были умереть – их убивали, как только они появлялись на свет.

Знаменитый мореплаватель Джеймс Кук из одной из своих исследовательских экспедиций на Таити в 1769 году привез не только полинезийское слово “татау” (до этого этот способ назывался “накаливанием”), но и “большого Омая” – татуированного полинезийца, который стал сенсацией в мастерских английских художников.

Окончание следует.

---

Александр БОРОХОВ,
врач-психиатр, нарколог.
Иерусалим, Израиль
Для «RА NY»