НЕЗАВИСИМАЯ ГАЗЕТА НЕЗАВИСИМЫХ МНЕНИЙ

КОГДА ЖЕ НАЧАЛАСЬ ВТОРАЯ МИРОВАЯ?

https://www.pinterest.com/

https://www.pinterest.com/

История войны на Дальнем Востоке до сей поры таит много загадок, хотя написано о ней более чем достаточно. Видимо, еще не подошли сроки для рассекречивания массы документов, которые могли бы внести ясность в некоторые события того времени. Это в равной мере относится и к нынешней России, и к Соединенным Штатам Америки. О некоторых не всем известных событиях того времени и пойдет речь.

Многие историки считают, что Вторая мировая война началась не на Западе с нападения Гитлера на Польшу, а гораздо раньше – на Дальнем Востоке в 1937 году. Именно 7 июля того года японская армия начала полномасштабную войну с Китаем. Практически, с этого же времени участвовал в этой войне Советский Союз, который направил в помощь китайцам сотни летчиков и много других военных специалистов. Но натиск японцев нарастал. Уже в июле – августе 1937 года японцы заняли обширные районы Северного Китая. 13 декабря японцы окончательно захватили Нанкин. Шесть недель там шла резня. Было убито около 300 тысяч человек. К концу года и центр Китая, где был сосредоточен практически весь промышленный потенциал страны, оказался в руках японцев. Правительство Чан Кайши бежало в провинцию Сычуань. Естественно, СССР не мог остаться в стороне от этих событий. Советское руководство отлично понимало, что полная оккупация японцами Китая развязала бы им руки для более дерзких планов относительно Дальнего Востока и Сибири. Так что столкновение Советского Союза с Японией на территории Китая было как бы заранее запрограммировано.

На эту войну средств было затрачено немало. Так, только с октября 1937 по октябрь 1939 года СССР поставил Китаю около 1000 самолетов, более 1300 орудий, свыше 14 тысяч пулеметов и много другого военного имущества. В воздушных боях в небе Китая погибло более 200 советских летчиков. Так что Советский Союз начал воевать не с 22 июня 1941 года, а с октября 1937. В марте 1938 года Япония принимает закон о всеобщей мобилизации. Все более очевидным становилось, что после захвата Китая Япония обрушится на Советский Союз, и первый удар, естественно, будет нанесен по Транссибу. Обстановка для Красной Армии усложнилась в это время в связи с тем, что 13 июня 1938 года в Маньчжурию бежал и сдался японцам начальник Дальневосточного управления НКВД по Дальнему Востоку Генрих Самойлович Люшков – доверенное лицо Ежова. Его называли “лучшим чекистом”, репрессировавшим семьдесят тысяч “врагов народа”. Помимо всего прочего, он передал японцам все сведения о дислокации и количестве частей Красной Армии и флота на Дальнем Востоке, сведения об организации шифровальной связи.

Сергей Богатко в интереснейшей книге “Особая группа НКВД”, которая использована при подготовке этого материала, сообщает, что японцы предоставили Люшкову свое гражданство под именем Ямогучи Тосикаду. К японцам перебежал и работник штаба 36-й мотострелковой дивизии майор Францевич, пользовавшийся военным комплексом шифропереписки. В руки японцев попали не только сведения о численности сил на Дальнем Востоке, но данные о сооружаемых оборонных объектах. Нужно было срочно принимать меры. 1 июля 1938 года Особая Дальневосточная армия преобразуется в Дальневосточный фронт. Командующим был назначен маршал Василий Блюхер. Это был первый фронт, созданный после окончания Гражданской войны.

22 июня 1941 года перед японцами во всей остроте встала проблема: когда начинать давно запланированное широкомасштабное вторжение на Дальний Восток и Сибирь? В этот день министр иностранных дел Японии Мицуока предложил императору Хирохито немедленно напасть на Советский Союз. И 2 июля на императорском совете было принято решение вступить в войну с СССР, если германское наступление будет развиваться успешно. Силы для войны против России у японцев были внушительны. О крупномасштабных сражениях на просторах океана не могло быть и речи. Военно – морской флот Японии имел сверхподавляющее превосходство над советским. Одних авианосцев было у Страны Восходящего Солнца десять. У русских – ни одного. Линкоров тоже десять. На Тихоокеанском флоте – тоже ни одного. Советский флот мог использоваться только в обороне . Это был один лидер, двенадцать эсминцев и миноносцев, семьдесят восемь подводных лодок, из которых почти половина – “малютки”, торпедные катера и гражданские суда, переоборудованные для использования в военное время. Равенство сторон было только в авиации.

Ситуация была весьма сложной. Это сейчас мы знаем, что Зорге предупредил о том, что японцы не нападут. Но это было позже. А в начале войны все было далеко неоднозначно даже для Рихарда Зорге. 3 июля 1941 года советский разведчик сообщил, что Япония вступит в войну не позднее чем через шесть недель. “Наступление японцев начнется на Владивосток, Хабаровск и Сахалин с высадкой десанта на советском побережье Приморья”, – сообщал он. Позднее стала известна планируемая дата нападения – 29 августа. Начался призыв резервистов. За июль – август 1941 года японская группировка войск в Маньчжурии ( Квантунская армия ) и в Корее была увеличена вдвое и приведена в боевую готовность. И лишь 14 сентября 1941 года Рихард Зорге сообщил, что надежды на германский блицкриг не оправдались и поэтому Япония в ближайшие месяцы не выступит против СССР.

Но были и другие сведения. 26 октября 1941 года командующие армиями Дальневосточного фронта получили шифровку о следующем: “1. Из Стокгольма сообщают, что 26 – 28 октября выступят японцы. Основной удар – на Владивосток. 2. Из Вашингтона сообщают, что по мнению высших военных китайских властей, японское нападение на Сибирь произойдет в ближайшие дни”. 3 ноября 1941 года поступило сообщение Разведуправления РККА: “По агентурным данным, полученным из Шанхая, японцы намерены выступить против СССР независимо от времени года, как только немцы добьются крупных успехов в наступлении на Москву”. 5 ноября того же года Разведупр опять сообщил, что в правящих кругах Японии полагают,:”…если немцы потерпят поражение под Москвой, то Япония не выступит против СССР до весны 1942 года, а ограничится действиями в районе Южных морей”.

На 30 октября 1941 года общая численность войск на советской границе достигла у японцев почти миллион двести тысяч человек. И тем не менее, советское командование решило пойти на огромный риск – оно начало перебрасывать лучшие дальневосточные дивизии с Дальнего Востока и Забайкалья под Москву, понимая, что, разгромив немцев под столицей СССР, тем самым сумеет предовратить нападение Японии на советский Дальний Восток.

Но к войне с Японией Дальневосточный фронт готовился основательно. С 12 июля 1941 года началась постановка мин в заливе Петра Великого, около Владивостока и на подходах к другим военно – морским базам. Для борьбы со шпионами и диверсантами, для охраны железных дорог и предприятий было создано народное ополчение и истребительные батальоны.

Ещё один ранее не известный факт сообщает в своей книге упомянутый выше Сергей Богатко. Оказывается, в это же время в районах, которые находились под угрозой японского нападения, создавались партизанские базы и формировались партизанские отряды. Они комплектовались добровольцами-мужчинами и женщинами. Предпочтение отдавалось бывшим партизанам Гражданской войны, а таких на Дальнем Востоке и в Забайкалье было много. На партизанских базах в тайге было все необходимое для ведения длительной партизанской войны в самых суровых условиях. Будущие бойцы принимали партизанскую клятву. Обучение проходило в спецшколах НКВД. “Народных мстителей” учили подрывному делу, разведке, организации засад и диверсий, переходу через линию фронта, конспирации и шифровальному делу, выживанию в тайге уделяли огромное внимание. Кстати, подобные мероприятия проводились до 1937 года и на западных границах Советского Союза. Но в 1937 году все партизанские базы были ликвидированы, а многие руководители этих отрядов были репрессированы.

В 1941 году к этому “проекту”, как говорят теперь, решили возвратиться. Промышленность дальневосточных областей изготовила все необходимое для действий партизан: “лапы” для разбора железнодорожных путей, гаечные ключи для вывода из строя паросиловых установок, саперные ножницы, трехлапые кошки для обрыва телеграфно – телефонной связи и много другого “партизанского инструмента”, необходимого для диверсионной работы. Естественно, что японцы обо всем об этом знали. Оценили они в должной степени и мощь Красной Армии на Халхин – Голе, где в 1939 году были разгромлены Жуковым японские войска. К тому же не за горами была лютая сибирская зима. Японцы холода боялись, несмотря на высококалорийный паек и хорошее обмундирование. К тому же стало понятным, что немецкий “блицкриг” потерпел крах. Поэтому было принято иное решение: пока Россия истощает свои ресурсы на Западе, обрушиться всей своей мощью на Соединенные Штаты Америки. Хотя и нападение на СССР в будущем считалось все ещё возможным.

18 января 1942 года Япония подписала с Германией и Италией военное соглашение, предусматривавшее отторжение от СССР Дальнего Востока и Сибири. Сергей Богатко в связи с эти цитирует документ императорской ставки, в котором говорилось: “В соответствии со складывающейся обстановкой осуществить подготовку операции против России с целью достижения готовности к войне весной 1942 года… Приморье должно быть присоединено к Японии, районы, прилегающие к Маньчжурской империи, должны быть включены в сферу влияния этой страны, а Транссибирская дорога отдана под полный контроль Японии и Германии, причем Омск будет пунктом разграничения между ними”. Но события стали разворачиваться несколько иным путем. Японцы и не предполагали, что их ожидает в войне с США, какую мощь им противопоставит эта страна…

В донесениях Рихарда Зорге и других советских разведчиков отражены колебания японских военных. И лишь 14 сентября 1941 года, когда стало ясно, что германский блицкриг провалился и война на Западе принимает затяжной характер, Зорге передал в Москву, что нападение на СССР в ближайшее время не состоится. Японцы приняли иное решение: обрушиться всей своей мощью на главную военно – морскую базу США, внезапным ударом уничтожить неприятельский флот и обрести господство над всем Тихоокеанским бассейном. Одновременно сухопутные силы должны были завершить разгром Китая, у которого были захвачены уже все центральные районы и почти весь промышленные потенциал.

И только после этого Квантунская армия должна была провести серию операций против Красной Армии. На совещании у японского императора 1 декабря 1941 года было принято решение о начале войны против Соединённых Штатов Америки. Но в это время крупная авианосная группировка под командованием адмирала Нагумо была уже в море, на пути к Гавайским остовам. Морское соединение в составе шести авианосцев, двух линкоров, трех крейсеров, девяти эсминцев, трех подводных лодок и восьми танкеров покинуло Итуруп 26 ноября 1941 года. На борту авианосцев находилось триста шетьдесят самолётов. Ещё летом под личным руководством Главнокомандующего объединённым императорским флотом Исороку Ямамото на острове Сиоху, где были построены копии объектов Пёрл-Харбора, отрабатывалось торпедометание на мелководье. На подходах к Гавайским островам заранее было развернуто четыре отряда субмарин – двадцать шесть подлодок. Естественно, эскадра на пути к цели соблюдала полное радиомолчание. Даже мусор складывался в специальные контейнеры, чтобы в океане не были обнаружены следы движения флота.. “Командующий соединением вице – адмирал Нагумо,- сообщает Сергей Богатко, – поставил боевую задачу – “разгромить сонных американцев, прежде чем они смогут расстроить планы, – освободить страны Азии от колониального гнета”.

2 декабря 1941 года Нагумо получил из штаба командующего Объединённым флотом Японии Ямамото шифрованное послание : “Начинайте восхождение на гору Ниитака”. Это был сигнал – можно начинать атаку. 7 декабря без объявления войны был нанесен сокрушительный удар по главной морской базе США в Перл – Харборе. И хотя оттуда накануне на материковые базы были переведены авианосцы и крупные крейсера, по эффекту “Операция Z” была потрясающей. В один день было уничтожено восемь американских линкоров, шесть крейсеров, один эсминец, триста сорок шесть самолётов морской авиации, большинство из них – на земле. Погибло более трех тысяч военнослужащих США. Потери японцев были минимальными – пятьдесят пять человек летного состава, двадцать девять сбитых самолетов, одна большая подлодка и пять “карликовых”. В результате этой операции Японии на тот момент завоевала господство на Тихом океане.

Военные специалисты, оценивая операцию в Пёрл – Харборе, считают, что, несмотря на её потрясающий успех, она решила лишь задачи тактического характера. Японцы не понимали, что в стратегическом плане, они обрекли себя на неминуемое поражение. Почему? Во – первых, они не уничтожили базы снабжения американского флота, склады горючего, ремонтные мощности и базы подводных лодок. В том же Перл – Харборе к моменту нападения было 400 тысяч тонн корабельного топлива, без которого флот США был бы парализован на длительное время. Во – вторых, главная ударная сила флота – авианосцы и новейшие крупные крейсера оказались выведенными незадолго до нападения. И им предстояло решать судьбы последующих сражений. И в – третьих, японцы явно недооценивали экономическую мощь США, равной которой не было тогда в мире. Это без учета потенциальных возможностей развертывания промышленного потенциала страны. Строго говоря, Америка уже тогда могла производить столько оружия и боевой техники, сколько потребовалось для удовлетворения потребности своей и союзных армий. Таких возможностей в то время не было ни у одного государства. Так что японцы изначально были обречены на поражение. Так оно и получилось.

В августе 1945 года в войну против Японии вступил Советский Союз. Ход боевых действий на Тихоокеанском театре описан достаточно полно. И закончилась Мировая война подписанием капитуляции 3 сентября 1945 года. Все, казалось бы, ясно и понятно. Но вот спустя 60 лет после окончания войны, возникают все новые и новые вопросы, на которые ответов пока нет. А вот документы того периода, как в США, так и России, до сей поры рассекречены далеко не все. Совершенно не ясно, как японцы, зная о печальном опыте Германии, не сумевшей победить в ходе “блицкрига” в СССР, решили напасть на Америку. Они ведь понимали, что мощь США значительно превосходит мощь Советской России. И уж если Россия сумела устоять и начать затяжную войну, то Америка для организации сопротивления имела гораздо больше возможностей. А Япония к затяжному противостоянию не была готова. К тому же она отлично понимала, что в борьбу вступят англичане, французы, голландцы и многие другие, кто имел войска в районах боевых действий. Странная, очень странная ситуация. Странная вдвойне ещё и потому, что Япония имела в США мощнейшую агентуру, впрочем, как и во всех странах, которые стали объектом её экспансии. Поэтому – то и идут споры о мотивах, побудивших Страну Восходящего Солнца вступить в войну с Америкой и её союзниками в Европе. Узнать, узнать бы, что же заставило принять такое странное на первый взгляд решение.

Загадка вторая. Рузвельту докладывали о возможности нападения островного государства на США, в частности, на Перл – Харбор. О том, что Сталин, в июне того же года, не обращал внимания на предупреждения агентуры, британского и американского и руководства о возможном нападении Германии на СССР и печальных последствиях такого поведения, президент знал. Так почему же он тоже не принимал мер для организации отпора агрессорам. К этому добавим, что американцы владели японскими шифрами и отлично знали об их намерениях . К примеру, ещё до прихода посла для вручения ноты об объявлении войны, Рузвельт знал о её содержании. И ещё: почему все – таки была дана команда о выводе авианосцев и новейших крейсеров из Перл – Харбора? Видимо, президент все – таки о чем – то догадывался? Загадка третья. Почему не судили японского императора и оставили его на престоле? Ведь он же был главным инициатором войны и без его согласия боевые действия Императорская армия и флот не могли начать. Вопросик, видим, тоже не такой уж простой. А императора Маньчжоу – Го Пу И, между прочим, судили. А его за что? Он ведь был явной марионеткой и ничего сам не решал. И крови на нем было значительно меньше, чем на других. И последний для этой статьи вопрос: если Сталина предупредили о готовности Японии начать войну с Америкой и её союзниками, то почему вождь народов не сообщил об этом своему другу Рузвельту? И почему после войны советское правительство было против суда над императором Страны Восходящего Солнца? Явление, прямо скажем, для Сталина уникальное. Вот сколько секретов ещё предстоит раскрыть. Будем надеяться, что наше поколение ещё доживет до этих дней!


Вилен ЛЮЛЕЧНИК
кандидат исторических наук, доцент, полковник в отставке.
Нью-Йорк, США.
Для “РА NY“


Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов.

Наверх