ЭКСТАЗ ПОСТРОЕНИЯ ВЕЛИКОЙ ИМПЕРИИ И УДАЧА
Участие в построении Великой Империи дает приобщение к Большой Истории. К Эпохальному Делу. Дает Великий Смысл Жизни. Которое бывает раз в жизни, – и далеко не у всех, не во все времена. А вот тут – повезло. Неслыханная удача.
Потому и Бухарин не остался в Париже летом 1936 года (а ведь был там с молодой женой Лариной), хотя Борис Николаевский (известный меньшевик) ему все расписал, что его ждет в самом близком будущем – публичный позор и ужас небытия.
Но Париж – это прозябание, тусклятина, мелкобуржуазные радости набитого желудка. А там… Там – Колонный Зал! Там – кинокамеры, полный зал людей. Там – Вышинский его обвиняет в попытке расчленить Советский Союз! В подготовке убийства Ленина в 1918 году. В заговоре против самого Сталина!
Ведь это История. Да еще какая! Эйфория! И пусть расстреляют, но он уже в Истории. Даже последней пулей в затылке – в Истории! О нем будут писать!
А в Париже… Умрет в безвестности в своей постели, никому не нужный, всеми забытый. Кладбище Сент-Женевье́в-де-Буа́ (фр. Cimetière communal de Sainte-Geneviève-des-Bois) — основной некрополь русской эмиграции во Франции.
Вы – много знаете о жизни Керенского в США. А? Когда умер? Что делал?
Если бы не встреча с ним Генриха Боровика давно, еще в конце 60-х и его обширный рассказ об этом (в журнале Сов Секретно), то никто бы даже не знал где и когда умер.
У Керенского незадолго до его смерти в июне 1970 г. (он, фактически, покончил с собой, сорвав ночью с себя все повязки и кислородные трубки после падения и перелома шейки бедра. ему было почти 90) американский корреспондент спросил: что нужно было сделать для того, чтобы не допустить большевиков к власти? Тот ответил: “Нужно было расстрелять всего одного человека”.
– Ленина?! – радостно воскликнул журналист.
– Нет. Керенского.
Да, итог жизни.
А вот если бы его пропустили большевики через трибунал в 1937 – все бы знали.
Чистые литераторы вроде эстета Набокова еще могли уйти в словесность. А люди, вкусившие политики – уже нет.
Сейчас почему такая тоска и понурость? Почему нет и быть не может «национальной идеи», хотя ее много раз пытались сочинить? Потому что рушится Великая Империя. И приобщенность к этому процессу уж точно не вдохновляет. А утомляет, обижает и раздражает. Тягомотина. И поэтому нынешние деятели охотно уедут на Запад.
А уж своих детей все как один уже отправили сюда.
Сейчас для России – время разбрасывания камней. Смутное время и безвременье.
Но… если только генофонд нации не подорван теми Великими Свершениями (что может быть), то настанут иные времена.
Они не будут благостными. Но они будут Величественными и Историческими. Вот тогда…
Я когда-то был с отцом в гостях у генерал-полковника Драгунского, в то время начальника курсов «Выстрел», дважды героя Советского Союза, председателя антисионистского комитета и пр. Стол с батареей бутылок, черная икра и вообще коммунистическое изобилие. Дело происходило уже после всех разоблачений культа личности, выноса тела вождя и свержения истуканов идолища по всей стране.
Я у него спрашиваю: Давид Абрамович, вот вы хорошо знаете о сталинских лагерях, о ГУЛАГе, а расстрелах командного состава до войны, о всяких безобразиях Мехлиса, о деле врачей и антисемитизме. Что вас подвигало на служение этому строю и лично товарищу Сталину?
Его ответ (дословно, настолько он врезался в память):
– Понимание, что мы строим великую империю. Огромную сильную страну, повелительницу мира. Что о нас будут писать учебники истории и тома исследований.
– То есть, спросил я, это вроде как такой эффект бессмертия, заменитель вечной жизни?
– Да, это можно считать бессмертием.
Действия политиков всегда осмысленные. Не считаете же вы, что политики принимают решения в бессознательном состоянии. Хотя… иногда близко к тому. Вот решение о роспуске СССР в Вискулях, набравшись на троих Ельцин, Кравчук и Шушкевич подписали очень в сильно поддатом состоянии. Их из бани под руки выволакивали. Но готовил-то это решение вполне трезвый Гайдар. И они знали, что именно подписывают.
А вот последствия этих осмысленных решений, но не далее второго шага, бывают совершенно не такими, как казалось политикам. Разве Зиновьев, Каменев и Бухарин, когда они поддержали в 1925-26 годах Сталина против Троцкого догадывались, что с ними произойдет всего лишь через 10 лет? А когда поддерживали Сталина, им казалось это очень целесообразным и политически прозорливым. Ну, как же – Троцкий – фанфарон, спесивый вождь, высокомерно относящийся к своим товарищам по партии, он, придя к высшей власти, будет их, вождей второго ранга, обижать и унижать. А Сталин – серая мышка, посредственность, какой-то секретарь (генеральный – хи-хи), возящийся с бумажками и готовящий материалы для вождей, станет в их руках послушной марионеткой. Как же-с. Сейчас.
Кстати сказать, точно такой же просчет допустили Молотов с Кагановичем и Маленковым, назначая в 1953 году на пост 1-го секретаря «серого» Хрущева.
Примеров такого рода – тьма. О чем думал Гитлер, подписывая план Барбаросса? О! Но только не о пуле в висок и завещании сжечь свой труп в воронке из-под снаряда.
Да, в неустойчивые периоды истории, в так называемые точки бифуркации, достаточно небольшого усилия, чтобы равнодействующая социальных процессов пошла туда, а не сюда. Это хорошо известный эффект триггера, когда небольшой сигнал вызывает огромный эффект .
Ленин, например, это очень хорошо знал и чувствовал – без всяких там умничаний про триггеры, бифуркации, синергетику и вообще до рождения Ильи Пригожина. Сегодня рано, послезавтра – поздно, значит – завтра. Вот где был точный малый триггерный сигнал. Захватить власть в огромной стране с 7-ти миллионной армией силами батальона завтра. И не где-нибудь, а именно в столице. Завтра! Или – никогда. Как это вычислить? Никак. Это – гениальная интуиция.
Это и есть гениальный политик. Таковым был Ленин. Почти таким – Сталин. Франклин Рузвельт. В меньшей степени – Наполеон. Если бы не так, не кончил бы пленником. А как начинал, как великолепно начинал, как взял власть у Директории: дезертир из Египта, бросивший армию без разрешения, и «Что вы сделали с моей Францией?!». И совсем хреновый политик – бесноватый фюрер.
Как видите, определяется прозорливость политика исключительно успехом. Ну, это именно как в шахматах. Выиграл – гениальный шахматист. Нет – не гениальный. Проиграл все партии – плохой.
Не будете же вы утверждать, что, например, фраза: «он родился идиотом и гидроцефалом, с врожденным вывихом бедра, пороком сердца, без ноги и двух рук, со сколиозом позвоночника, но путем упорной работы над собой стал выдающимся математиком, а в свободное от выкладок время поставил несколько мировых рекордов по прыжкам с шестом и бегу с барьерами на 200 м» является научной и гуманистически наполненной высоким смыслом?
Второй пункт заслуживает небольшого анализа. Имеется ли такой фактор, как удача, везение и счастливый случай? Думаю, – имеется. Иначе бы никто не желал другому удачи. А чего желать, когда она всегда и так есть? В вашем случае судьба была к вам чрезвычайно благосклонна. В отличие, например. от Караченцева. Вы не попадали в тяжелые, фатальные катастрофы (а – могли бы, не потому, что вы вот такой, а из-за других). Вас облыжно не посадили. Не убили на улице. Вас не сразил недуг или пуля дуэлянта. Когда никакое чудо-лекарство не могло бы помочь. Да тогда его еще и не было.
И сам этот эликсир бессмертия, его появление, если и появится – тоже есть своего рода случай и удача. Его ведь найдут не благодаря теоретической работе и знанию механизма действия. Просто по некоей аналогии применят, – и вдруг – о чудо!, – отличный результат! Именно на это вся надежда у товарищей Си и Путина. А результат мог бы придти через 10 лет экспериментов, через 20. Никогда не придти.
«В раньшие времена» люди возносили благодарственные молитвы Господу, – за его промысел, и за то, что он на избраннике остановил свой взор.
Приписываемая Черчиллю фраза звучит так: «Не желайте здоровья и богатства, а желайте удачи, ибо на „Титанике“ все были богаты и здоровы, а удачливыми оказались единицы». Да, удача в политике – великая вещь.
Но только ли божественное благоволение сопутствует удаче? Нет. Как говаривал Александр Васильевич Суворов критикам своих успехов: «Все удача, да удача, помилуй Бог, надобно же когда-либо и умение». Самое большое умение вместе с удачей Суворов проявил во время конвоирования клетки с Пугачевым к месту его казни. Таких благодетелей народа как этот душегуб Пугачев или еще ранее Разин – не дай Бог.
Если много удач, то тут начинает сказываться диалектика «необходимого и случайного». Не в духе моей старой шутки застойного времени: «Если вам необходима какая-нибудь вещь, то достать ее можно только случайно», а в прямом философском смысле этого слова. Много удач – значит, есть и умение.
Саванарола пошел на собственное сожжение ради своих очень странных для нас идей борьбы с шелком и серебром и за нищенство (Ильф называл его Саванарыло). Или “самосожженец” протопоп Аввакум, борец за двуперстие и против богатства. Были ли этот оплот старообрядчества, или тот борец с золотом титанами духа? Думаю, что не были. Мракобесы и болваны. Ибо не было у них никаких больших идей о построении Великой Империи. И потому не было удачи.
Валерий ЛЕБЕДЕВ,
писатель, журналист, издатель.
Член The International Academy of science, industry, education & arts.
Бостон, США.
Для «RA NY»