НЕЗАВИСИМАЯ ГАЗЕТА НЕЗАВИСИМЫХ МНЕНИЙ

Кинопацан побеждает реальность, или фейки на марше

https://stroykamet.ru/

https://stroykamet.ru/

Война раскрывает все тайные мысли и желания, поскольку исчезают многие сдерживающие факторы. И государство готово кидать в эту топку любые суммы, поскольку мирный контроль улетучился. И первой, как известно, на войне гибнет … правда.

Мы вообще живем в мире, где ответственного за правду, уже не найти. Ложь получила красивое иностранное название “фейк” и теперь расцвела всеми цветами радуги. Правду можно ограничить, ложь не поддается никаким запретам. Мы всегда жили в мире между правдой и ложью, выбирая то, что нам ближе. В разных контекстах мы нуждаемся и в том, и в другом. И наши тексты от школ до университетов построены и на правде, и на умеренных дозах лжи.

Человек живет сразу в трех мирах-измерениях: физическом, информационном и виртуальном. Все искусство находится в мире виртуальном. И о нем мы не говорим, что это ложь. Получается, что это еще одно измерение правды, если оно настоящее. В этом случае нет желания обмануть, это рассказ о правде только другими средствами.

Потоки лжи стали массовыми, когда пропаганда перешла на новые медиа. Соцмедиа создают нужный фон, поддерживая официальные информационные потоки из телевизора. Если в телевизоре не спорят, если там нет дискуссий, то это спускается в качестве нормы вниз, доходя до каждого.

Ложь всегда будет приятнее правды, поскольку она создается под конкретный тип человека. Так что каждый может найти свой тип лжи. А правда не может угодить всем. Правда старается быть неизменной, но мы видим, как смена политических режимов, смена поколений, даже смена медиа вдруг открывают нам новый тип правды, при этом рапортуя, что прошлая правда, оказывается, на самом деле была неправдой. И, к примеру, генсек Брежнев был не так мудр, как нам его подавали тогда, но и не так глуп, как нам его подают сегодня.

Мы живем в новой действительности, где каждый может найти правду под свои интересы. Старшее поколение смотрит телевизор, и там своя правда, молодое сидит в соцсетях со своей собственной правдой. Возникло даже понятие эхо-камеры, когда потребитель информации оказывается замкнут в кругу своих единомышленников в интернете.

Массовое сознание не только насыщают фейками, но и сознательно блокируют любые контр- или просто нейтральные по отношению к идеологическому мейнстриму тексты. Весь мир вокруг говорит вдруг и сразу на одном языке. Правда, массовое сознание в большинстве вопросов занимает “ленивую” позицию, оно всегда соглашается с навязываемой точкой зрения, поскольку спор требует дополнительных усилий. И иногда даже опасен, поскольку у войны свои навязанные правила поведения.

Сериал о “пацанах” отсылает на бандитскую реальность, создавая ей легитимность и правоту. Право сильного не является современным, это что-то очень древнее, которое пытаются возродить. Не зря Казань отказала создателям фильма “Слово пацана” снимать его у них, хотя это именно их исторический феномен. Не хочется быть знаковой приметой того времени.
Сериалы всегда обладают подобной силой, они могут как бы из ничего создавать новую реальность. Сейчас на Западе в центре внимания сериалы по Толкину. Но он описывает фантазийную действительность, причем там приоритет отдан благородным героям, а не “бандюкам”.

Толкин отсылает на мифологическую реальность, в которой зрители сразу находят приметы современности, например, написали, что гномы в фильме похожи на евреев с некоторыми негативными характеристиками поведения. Однако об этом писали давно, даже сам Толкин в интервью для Би-Би-Си через три десятилетия после публикации “Хоббита” говорил об этой “связке” (Lebowic M. Are Tolkien’s dwarves an allegory for the Jews?): “Я не собирался этого делать, но когда у вас в руках находятся эти люди, вы должны делать их другими, не так ли? Гномы во многом напоминают евреев. Их слова семитские, сконструированы, чтобы быть семитскими. Но они простые сельские английские жители”.

Исследователь Толкина Джон Рейтлифф, автор двухтомной истории “Хоббита”, опубликованной в 2007 году, подчеркивал, что Толкин получил свое вдохновение из текстов на иврите и еврейской истории, когда создавал эти образы. Мастера, изгнанные со своей богатой родины, гномы говорили как на языке принявших их стран, так и между собой на языке на основе иврита, созданном Толкиным”.

Еще одно мнение таково, что поскольку это единственный гном в сериале, то его особенности воспринимаются как характеристика их в целом (Shawn A. 8 Things The Rings Of Power Does Better Than Peter Jackson’s Lord Of The Rings Movies https://screenrant.com/rings-of-power-better-lord-of-the-rings-movies/#peter-jackson-39-s-lord-of-the-rings-ruined-isildur)

И это очередной пример того, как блокиратор не дает развиваться иным мыслям и-за резкого усиления “своих”, поскольку происходит как бы перенос единичной характеристики конкретного персонажа на всех.

Когда виртуальность подгоняется под реальность – фильм может становиться информационной операцией.

Примером такого рода является создание советского сериала “17 мгновений весны”, который с самого начала готовили не только под советского, но и под немецкого зрителя. В результате на экране появились вполне нормальные немцы: “Отсюда в сюжете так много положительных (ну или, как минимум, вызывающих симпатии) персонажей с немецкой стороны: запуганный профессор, наивный священник, ужасный снаружи и добрый внутри солдат, приходящий на помощь обреченной радистке и даже рефлексирующий генерал Вермахта — попутчик Штирлица в поезде” (“Семнадцать мгновений весны”: что говорят немцы о фильме про «советского шпиона»).

Кстати, зрители советские тоже удивлялись, что немцы оказались впервые нормальными. Но оказывается все это было не зря… Сегодня пытаются объяснять это с точки зрения искусства, а задача была в другом – немцев надо было сделать людьми. Должна была смениться парадигма показа – звери-фашисты уступали место просто врагам, которых побеждали.

А. Долин пишет: “До Лиозновой никому из советских режиссеров не удавалось — впрочем, мало кто и пытался — показать нацистов людьми с их слабостями, причудами, индивидуальными чертами. Перед нами не карикатуры, а совершенно живые персонажи, вопреки здравому смыслу пробуждающие симпатию зрителей. Быть может, поэтому «Семнадцать мгновений весны» по своей сути не военный, а отчетливо антивоенный фильм, движущей силой которого становится не священная ненависть к злу, а попытка разглядеть в нем понятные любому зрителю мотивы” (Долин А. “Семнадцати мгновениям весны” – 50 лет).

И еще одна характеристика, возникшая в результате, передающая успешное вхождение фильма в мозги. Массовое сознание породило в ответ анекдоты с героями фильма из-за их нормальности: “Приняв «Семнадцать мгновений весны» как что-то очень личное, зритель отдал дань уважения сериалу самым обескураживающим образом: придумав тысячи анекдотов о Штирлице, Мюллере, Шелленберге и других героях фильма.

Почти все они строятся на игре слов, каламбурах иногда вполне изысканных, а иногда совершенно детских. «Из окна дуло. Штирлиц закрыл окно, дуло исчезло». «Штирлиц стоял над картой мира. Его неудержимо рвало на родину». «Штирлиц шел по улице, когда внезапно прямо перед ним что-то упало. Штирлиц поднял глаза. Это были глаза профессора Плейшнера». «Штирлицу попала в голову пуля. „Разрывная“, — раскинул мозгами Штирлиц» (там же).

Все это говорит о том, что массовое сознание приняло фильм и даже само поработало над его героями. Чапаев прошел такой же путь: от героя до героя анекдотов. То есть все истории завершаются превращением в анекдот. Брежнев, к примеру, был одновременно генсеком, и героем анекдота, то есть совмещал в себе два противоположных полюса.

Настоящим героем человека делает только фильм, только он способен проникнуть в массовое сознание. Есть два классических примера. Фильм о Чапаеве показал, как он утонул, и это стало фактом, который уже настоящая книжная история заимствовала из фильма, поскольку не было известно, что именно с ним случилось.

Александра Невского тоже узнали только после фильма. Тогда нужен был герой против немцев. Хотя Невский и собирал дань в пользу орды, и ярлык на княжение получал там, но он оказался своевременным патриотом. После фильма даже орден Невского повторил изображение актера Черкасова, сыгравшего эту роль в фильме, так как никто не знал, как он выглядел на самом деле.

Когда у пропаганды возникает конкретная потребность, ее сразу выполняют киногерои. В этом плане интересна аннотация фильма про пацанов: “Советский Союз доживает свои последние дни. По растерянной стране шагает перестройка. Привычный уклад жизни идет под откос, как жить по-новому никто не понимает. Взрослое поколение отчаянно ищет способ заработать на кусок хлеба, переживает настоящий крах известного прошлого и пытается адаптироваться к пугающему настоящему. В погоне за выживанием времени на воспитание подрастающего поколения совсем не остается”. То есть допутинский период был совсем плох…

В “Слове пацана” сошлись интересы политиков и зрителей, которых привели в кинотеатры. В результате он становится лучшим сериалом года (Цветкова В. Мнения зрителей и кинокритиков в кои-то веки совпали. И те, и другие признали лучшим сериалом года “Слово пацана. Кровь на асфальте”). Это почти как фильмы о мафии, с помощью которых она завоевывала свое почетное место под солнцем.

Когда неразумные критики пытались воспротивиться, им сразу указали на их место: “Роскомнадзор провел проверку и сообщил, что не нашел никаких нарушений. Одновременно в поддержку «Слова пацана…» выступили депутат Александр Хинштейн и режиссер Никита Михалков.

Одновременно авторы проекта решили экстренно переснять последнюю серию, объяснив это личным решением режиссера сделать финал «круче, острее и эмоциональнее». О чем стало известно из видеообращения Крыжовникова и Золотарева, появившегося в официальном Telegram-канале Wink.ru. Как и о том, что выход последней – восьмой – серии переносится с 21 декабря на более поздний срок. «Слово пацана…» планируется показать в 2024 году на телеканале НТВ. Сериал снят при финансировании Института развития интернета – оператора государственного конкурса на создание интернет-контента для молодежи” (Сериал «Слово пацана. Кровь на асфальте» стал самым успешным кинопроектом).

Кто же был этим добрым финансистом, который позволил сделать сериал в канун президентских выборов. И это значит, что социология показала позитив для выборов от такого шага. Мозги должны знать, как и почему надо голосовать.

Оказалось, что “ИРИ — это Институт развития интернета, госструктура, которая отвечает за производство патриотического контента. При финансовой поддержке ИРИ и был снят сериал. Кроме того, одной из кинокомпаний, которая участвовала в его производстве, стала «НМГ Студия», также в проекте участвовал телеканал НТВ. […]. Призерами учрежденной ИРИ Национальной премии интернет-контента в разное время становились: военкоры, песня «Встанем» Shaman’а, фильм о поездке на Донбасс провластного блогера Стаса «Ай, как просто», телеграм-канал пропагандиста Малькевича со стримами с «освобожденных от нацистов территорий Украины», ролик в котором девочка из Херсонской области обнимает российского военного со словами «Вы наши спасители! Я вас люблю!»” (Калинина А. Патриотический прорыв. Кто финансировал сериал «Слово пацана»?).

При этом добавим важный факт – наблюдательный совет премии возглавляет замруководителя администрации президента Сергей Кириенко. Как видим, прямая пропаганда трансформировалась в кинопропаганду. А ее массовое сознание по крайней мере не будет отвергать, все же это не газетная передовица…

Нейтральный текст опасен тем, что это текст, который “молчит” о том, что государство считает важным повторять и повторять. Нейтралам не место в информационной повестке. Государство может контролировать все, лишь методы этого контроля будут прямыми или косвенными. К примеру, нашумевшая “голая вечеринка” в российском Мутаборе подверглась прямому контролю, хотя и постфактум. В этом случае внезапно дали голос всем критикам, запугав участников настолько, что они попрятались по углам. И это особо их не спасло, пошла серия извинений. Появился даже судебный иск («Народ хочет наказать участников “голой” вечеринки по максимуму»: инициаторы иска к Ивлеевой объяснили жесткие требования. «Нужно проверить, за Россию они или нет»).

Все, как видим, сразу получает политическую окраску. В наказании есть и финансовая сторона, и очень существенная – звезды оказались без новогодних гонораров (The Insider: Звезды, побывавшие на вечеринке у Ивлеевой, лишились гонораров почти на 300 млн рублей). А это на сегодня – 3344917.90 доллара США. Кстати, никто не знает, когда гнев сменят на милость…

Телекритикам тоже нашлась работа – выяснять не только то, как и кого наказали, но и как и кого наградилили. Певцы, как показало время, тоже могут быть правоверными, например: “По количеству попаданий в кадр Новый год стал бенефисом певца SHAMAN, правда, собственно спеть ему удалось только один раз. Зато в самом финале первой части шоу перед курантами. Вместе с «голосом эпохи» композицию «Мы» исполнила девичья группа «Собор» в составе трех красавиц из Луганска: Анны Лебединской, Алеси Пархомчук и Алеси Бодрой. Также патриотический корпус исполнителей был представлен певицей и женой продюсера Владимира Киселева Еленой Север с актуальной для петербуржцев песней про гололед («Экономят дворники соль, и опять у наших ворот…») и группой «Земляне».

За международное участие отвечала белорусская группа «Сябры». За стиль, напоминающий о прошлой жизни, — певец Александр Панайотов в высокой прическе, с серьгой в ухе, в голубом костюме и орденах из страз” (Ничто не проходит бесследно. В каком виде участники «голой» вечеринки появились на телевидении в новогоднюю ночь).

Только что были кумирами другие, теперь все перевернулось. Не помогают даже массовые извинения. Можно сказать, что они испугались наказания “пацанов”, поэтому начали извиняться… “Пацан” всегда прав, поскольку в его кулаках сила…

“Кинопацанам” повезло еще и тем, что их идеология вышла на поверхность благодаря сериалу “Слово пацана”, сделав ее более правильной и приближенной к сегодняшним реалиям. Причем сериал делает любую идеологию красочной и аргументированной, то есть живой в отличие от книжной. Она теперь привязана к лицам и поступкам, которые добавляют свои аргументы к обсуждению.

Это делает сериал, насыщая собой виртуальное пространство, когда слова оттуда начинают цитироваться, а герои становятся образцом для подражания. Кино в принципе может исправлять действительность под себя. Плохие герои обязаны погибнуть, а хорошие победить. И вместе ними гинут или выживают их мысли, которые от этого становятся только крепче. Вспомним, кстати, что гибель киногероя почти автоматически делает его идею сильнее. “Гибель за идею” является достаточно распространенной формулой бытия, которую продвигают в жизнь все идеологические системы.

Кино, а сериал в особенности, блокирует альтернативные интерпретации действительности, поскольку содержит в себе в активной форме иную интерпретацию, которая почти автоматически оказывается сильнее. Технически она сразу заговорила со всей массой, а не с кем-то в отдельности. Возражать сериалу нет никакой возможности, он технически сильнее, являясь виртуальным блокиратором всего, что с ним не совпадает. Кроме того, он просто физически “съедает” время, не давая отвлекаться на чужие и чуждые месседжи.

Д. Золотухин говорит так: “Я бы не сказал “блокирует”, он вытесняет другие смыслы. Для них нет места. В этом выражается моя основная гипотеза “доминирования” в информационном пространстве: создавать такой контент, который бы своей идеологично-концептуальной составляющей, мог бы вытеснять все другие за счет своей популярности и многовариантности” (Золотухин, личная переписка).

Важен также момент времени, как говорится, дорога ложка к обеду… Так и интерпретация, которая тоже либо вводится раньше, либо спорит с уже введенной, но будучи технически неопровержимой. На нее надо отвечать другим сериалом, а не словами в Фейсбуке. С сериалом может успешно бороться только другой сериал…

Информационные дуэли возможны, но между равными по силе, где результат тогда зависит от умений. Киносериал – это великан среди пигмеев, он может победить любого. Его интерпретация действительности всегда будет сильнее, поскольку он нужен всем, он может наказать любого. “Слово пацана” не просто пришло, а заняло собой всю нишу главного кино – телесериала. Вспомним, какой след оставил Штирлиц. Такой тогда была модель патриотического кино, которую сегодня заняло “Слово пацана”, продвигающего другие ценности. Кстати, роль Штирлица учли создатели кампании по первым выборам Путина, а население тогда избирало президентом якобы Штирлица по фамилии Путин. Так что виртуальность и тогда успешно подменила реальность.

“Слово пацана” создает нужные для власти тенденции в мозгах и усиливает их. Ведь не зря же его профинансировало государство и показало перед очередными президентскими выборами. Кто-то увидит в нем преклонение перед силой, а кто-то развитие событий в той прошлой России до Путина.

Сила всегда понятней слов. Слова могут расплываться, обманывать, а сила всегда достаточно прямолинейна. А если сила еще и находится в руках государства, то она становится опасней вдвойне. Все боялись юных бандитов, и сегодня они стали взрослыми, и снова могут позволить себе все, что захотят.

Сериал о российских юных бандитах получил распространение и в Украине. Чему находят такое объяснение: “История о подростках-бандитах просто больше резонирует у украинцев, поскольку существовала в истории страны и бьет в нерв. Поэтому украинским зрителям, особенно из промышленных городов, ближе ассоциации себя с персонажами “Слова пацана”, а не с Майклом Корлеоне, Тони Сопрано и Тони Монтана, какими бы крутыми они не были бы на экране. Поскольку много зрителей выросли именно в условном спальном районе Кривого Рога, а не в итальянском квартале Нью-Йорка и могли видеть архетипы и эстетику “Слова пацана” вживую” (Гриниченко Д. Слово пацана. Аналіз російської “балабановщини для молоді” та головні меседжі пропаганди).

“Пацаны” сильны тем, что в свою орбиту могут захватывать новые поколения. Сила, а не ум всегда привлекает молодых. Сила – зрелищна, ум – нет. Его особо и показать нельзя… Надо постоянно придумывать что-то, что может остановить внимание аудитории. Без этого в конкуренции за умы не победить.

В. Соловей, например, который год напряженно рассказывает, что Путина уже давно нет в живых. Кругом одни двойники: “От 20 до 30 процентов россиян уверены, что Путин умер. Еще около 40% этого не исключают. Жестикуляция была, не характерная для Путина в последние годы. Помните, как ему приходилось держаться рукой за стол? Что-то еще заметил мой знакомый… Ах да: покойный всегда говорил слово «обеспечение» с ударением на четвертый слог, неправильно. А этот вдруг сказал правильно: обеспечение. В этом возрасте уже не переучиваются, тут никакой наушник уже не поможет” (Васильич горит на работе. Новогодние истории профессора Валерия Соловья, рассказанные им самим — под бой курантов).

Кто-то воспринимает эти рассказы всерьез, кто-то над ними смеется, наверняка думая, что если бы подобное говорил другой, он бы давно сидел за решеткой. А тут все тихо и хорошо. Значит, неспроста… Такие рассказы тоже “гасят” оппозиционные действия… Зачем что-то делать, если и так все плохо.

М. Шейтельман говорит так: “И вот сидит администрация Путина и говорит: “Вот что Патрушев устроил. Патрушев придумал историю, что Путин умер и что он теперь будет управлять страной. Давайте нанесем по нему ответный удар, потому что он, похоже, серьезно собрался отобрать у нас власть и отдать своему сыну”. И наносится два “чапаевских” удара. Удар первый по яйцам, в том смысле, что подорожали яйца в России. Это что означает, кто виноват? Сын Патрушева, потому что он министр сельского хозяйства. Первый удар по яйцам, а второй по голове самого Патрушева-старшего через статью в The Wall Street Journal. Так что, я думаю, что статья в The Wall Street Journal — это ответ Валерию Соловью” (Шейтельман рассказал, как окружение Путина нанесло “удар по яйцам” его возможному преемнику)

Все, кто думают иначе, уже давно объявлены иноагентами. И тут их популярность работает не “за”, а “против” них. Мы позволили тебе быть популярным, мы же заберем у тебя этот статус. Не может быть популярного писателя без книг, режиссера – без фильмов или спектаклей, профессора – без книги или лекций.

Недавно Б. Акунин оказался под обстрелом, его больше не будут издавать в России, он получил соответствующую “черную метку”. До этого пришелся удар по его театральным постановкам. Сам Акунин комментирует направление удара так: “Большинство из театров финансируются государством и очень зависят от власти, поэтому должны быть послушны. В прошлом году театры убрали мое имя с афиш, а у меня идет большое количество постановок в разных городах… Это было совершенно сюрреалистично: целые спектакли, автор которых не назван. На самом деле, я был польщен. Чувствовал себя Волан-де-Мортом, он же «тот-кого-нельзя-называть». Но до последнего времени книгоиздатели, независимые в финансовом отношении, были более или менее свободны” (Le Point: Борис Акунин: «Пожалуйста, не демонизируйте Владимира Путина…»).

Интересно, что никто никогда не думал, что можно дойти до такого “пацанского” управления мозгами людей. Запретить – и все. Не дискутировать, не спорить, а просто поставить точку. Победить в честной борьбе власть не может, поэтому видит один путь – запрещать. Спор всегда опасен, поскольку есть такая особенность: опровергая, ты раскрываешь сразу и то, что именно ты опровергаешь. Именно на книгах по борьбе с зарубежной философией, например, советский человек пытался узнать все, что мог, об этой ужасной философии.

Кинокритик А. Долин видит ситуацию так: “100 лет подряд в стране правит захватившая власть организация, специально созданная для подавления и уничтожения любых инакомыслящих, собственного населения. Это организация, сначала называвшаяся ЧК, потом НКВД, КГБ, все время обновлявшаяся, менявшаяся, за редким исключением всегда бывшая под непосредственным контролем главы государства, направленная на уничтожение своих. При Путине она сильно выросла, расширилась на Росгвардию и так далее. Она всегда имела власть, за исключением крошечных периодов, например с конца 80-х по конец 90-х, за исключением маленьких перерывов, когда никто их не наказывал, не истреблял и не распускал. Их просто отодвинули от власти, а потом главу этой организации и его преемника поставили править страной. Эта организация захватила власть в стране. Это узурпация” (Шакиров М. Антон Долин: “Путин в кино – античный герой-злодей или карикатурный диктатор?”)

И еще: “Три года назад возможностей для свободного высказывания было в сто раз больше, чем сейчас… Сейчас идет война с любыми инакомыслящими. Если ты в той или иной форме показываешь, что ты инакомыслящий, ты враг, и рано или поздно (не надо тут строить иллюзий) ты за это получишь по голове. Просто список этих врагов очень велик, пока система не справляется со всеми одновременно. До всех дело дойдет, если все это продолжится”.

Понятно, что творческий человек всегда будет под подозрением, и у него нет другого места, поскольку искусство по определению призвано порождать новое, а не повторяться. А новое точно так всегда будет опасным для власти. Тут сошлись лед и пламень. Ориентация на новое у искусства и ориентация на традиционное у власти. Тем более Россия взяла на себя защиту очень традиционных ценностей.

Странно и необъяснимо, но в результате всеобщее внимание вдруг ушло в сторону, что, наверное, и было целью этих информационных манипуляций. Ведь именно медиа задают нам то, о чем мы начинаем говорить и обсуждать. Чего нет в медиа, то не будет обсуждаться там массово.

А тут все и для всех: “В стране, ведущей войну, самым главным вдруг оказался “голый бал” звезд эстрады. Звезды эстрады, побывавшие на вечеринке Ивлеевой за один миг превратились во “врагов народа”, которым оказался закрыт вход и на экран, и в концертные залы. А это есть прямой запрет на профессию” (Баранова М. Составлен список звезд, которых наказали за участие в вечеринке Ивлеевой; Комсомольский О. Составлен список знаменитостей, кого не наказали за вечеринку Ивлеевой; RT: силовики изъяли записи с камер наблюдения на вечеринке Ивлеевой). Потоком пошли извинения осознавших свою провину (Киркоров, Лолита и Билан извинились за участие в “голой вечеринке”).

И это стало как бы продолжением списка тех, кто уехал, протестуя против войны (Меликов В. Составлен список телеведущих, уехавших из России после начала СВО). То есть таких же “народных врагов”. Если раньше были враги народа, то теперь нравы мягче… Они всего лишь “иноагенты”.

И все это вновь работа “блокираторов”, которые не дают думать и обсуждать реальные проблемы, вместо которых населению подсовывают проблемы искусственные… И чем больше этого происходит, тем все сильнее мы живем не в реальном мире, а в том, который для нас придумывают другие. Конструкторы пластмассового мира управляют нашими мозгами, направляя наше внимание вовсе не туда, куда следует.

Российский фильм 2023 г. “Свидетель”, в котором бельгийский скрипач Коэн видит своими глазами такую псевдореальность. Украинский командир ходит с книгой Гитлера “Майн кампф” в руках, его солдаты присягают на верность Гитлеру, а скрипач хочет рассказать всю эту правду миру (Sauer P. Kremlin’s propaganda film about Ukraine war plays to empty cinemas).

Режиссер и сценаристы изощряются как могут, создавая “фильм ужасов”. А кино влияет на зрителя больше, чем любой текст. Теперь не надо ничего домысливать, режиссер все расписал заранее.

Действие все время окрашивается в кровавый цвет: “В подвал к Коэну заходят мужчины в куртках цвета хаки. Они выпускают бельгийца, он бежит искать Бриджит — и находит ее тело: все в крови, без одежды, на бильярдном столе, прикрытое пальто. Рядом — обнаженный труп мужчины с татуировкой в виде нацистского орла на груди. На соседнем столе лежат шприцы и таблетки, на стене висит украинский флаг” (В России вышел «Свидетель» — фильм о бельгийском скрипаче в военной Украине. ВСУ насилуют и убивают его спутницу, а самого музыканта под пытками заставляют играть гимн люфтваффе Мы пересказали это двухчасовое зрелище)

И еще: “он передает скрипача своему сослуживцу Коле и просит, чтобы тот «познакомил музыканта со своим профилакторием». Коэна пытают водой и электричеством и требуют, чтобы тот называл всех украинских военных сэрами. К установленной посреди помещения решетке привязан мужчина: он уже весь в крови, но прекращать пытки военные не спешат.

— Я украинец! Слава Украине! Я голосовал за Зеленского! — кричит мужчина.

— Да хоть за Арестовича, мне пох, — спокойно отвечает Коля и приказывает снова пустить ток”

И еще: “— Великий однажды сказал: тот, кто хочет жить, должен бороться, а тот, кто бороться не хочет в мире, где борьба — основа жизни, такой не имеет права на существование. Ты ведь знаешь, чьи это слова? — Паньчак подводит Коэна к золотому барельефу с профилем Гитлера.

— Но как же совесть? — спрашивает скрипач.

— Нет никакой совести, ее придумали евреи”.

И мнение еще одного зрителя: “Сцены постоянно обрываются, будто это не цельный фильм, а набор клипов. Ну и самая большая беда – это показанные в кадре yкраинцы. Все они какие-то лубочные Мыколы, без мотивации, без проработки, без внутреннего мира и хоть каких-то человеческих черт. Их показывают, как злодеев из дурного мультфильма. У них висят портреты Гитлера в рамочках, они цитируют «Майн кампф» за обедом, изображают зловещий взгляд и только и заняты тем, как бы кому-нибудь сделать плохо. Да, кстати, у всех них обязательно есть свой гарем в подвале и без горилки и сала они и минуты прожить не могут” (Плохое, неталантливое кино, за которое стыдно: о фильме «Свидетель» – первом фильме о нынешних событиях).

И продолжение недоумения зрителя: “Странно, что почти нет рекламы, что нет практически никакого продвижения – будто продюсеры и не хотят чтобы их кино смотрели. Есть мнение, что фильм изначально рассчитывался на западного зрителя (почти все диалоги на английском – ведь главный герой бельгийский скрипач), но, если так, то авторы прогадали, потому как на западе это кино лишь высмеивают, и, разумеется, никто не собирается его прокатывать. Даже Китай и Бразилия его не закупают. С Северной Кореей, вроде бы, договорились” (там же).

По большому счету пропаганде тоже положено быть талантливой. Именно по этой причине Гитлер и Геббельс даже хвалили “Броненосец Потемкин” С. Эйзенштейна. А здесь не кино, а какой-то настольный календарь: “Коэн оказывается на банкете, на котором богатые украинцы ведут странные разговоры: например, как они во имя «перемоги» долбанут по Донбассу, и «покатятся те до самого Ростова».

Коэн (как и зритель) должен понять – завтра (24 февраля?) Украина должна напасть на Россию. Скрипач всячески показывает, что у олигархов ему не нравится, но все же остается ночевать в доме своего нанимателя. Утром начинается во… Ах, простите, СВО. «А что будет с Украиной? Никому нет дела до Украины» – говорит менеджер Коэна, раздумывая, как им попасть теперь в Бельгию. «Мы их заложники!» – лениво заявляет Коэн. К слову, если Коэн – это такой типичный интеллигент, что обязан осознать величественность русского бытия, то его менеджер – ужасно противный персонаж, карикатурная европейка, что прямо называет всех «восточных» варварами и быдлом. Как и сын Коэна (подозрительно) она не различает русских и украинцев. «Да какая разница?» – восклицает она” (Шерман Д.Р. «Свидетель»: о чем нам говорит главный пропагандистский фильм этого лета?).

Как оказалось, кино сегодня стало главным обманщиком, чтобы не сказать мошенником, чего не было даже в советское время. Тогда пропаганда сохраняла хоть какие-то правдоподобные черты. По этой причине, как фиксируют журналисты, в зале на сеансе “Свидетеля” сидит не более пяти человек. И еще мнение: “Кинокритик Иван Филиппов написал в своем Instagram, что сумма, которую фильм заработал фильм за уикенд «при отсутствии конкуренции — это не просто провал, это позорное поражение». «И это важно, потому что важно зафиксировать: российская аудитория НЕ ХОЧЕТ платить деньги за пропаганду” (Данте Э. Российский фильм «Свидетель» об СВО заработал всего 6,6 млн за первые выходные). Это полный провал пропагандистского кино.

Общий вывод ясен для всех: “Российское массовое кино много лет тщательно избегало реальности. Одно за другим мы проживали исторические события оскаровского размаха, но российская киноиндустрия пряталась от них в сюжетах героического прошлого, в параллельных реальностях или в какой-то искусственной проблематике” (Куприна В. Свидетель из Брюсселя. В прокат вышел первый пропагандистский блокбастер). И там же: “Всё происходящее на экране — это какой-то дурной сон, сплетенный из бредней пропаганды, штампов и лютой пошлости”.

И этот фильм требуют для просмотра для каждого (Рогожин В. Фильм «Свидетель». Трагедия украинского народа под пятой неонацистов. Обязателен к просмотру старшим школьникам, студентам и старшим поколениям). И действительно только обязанность может заставить смотреть это.

Тут серьезно разошлись интересы зрителей и пропагандистов. И даже сделав фильм бесплатным, на него все равно не загнать нужное число зрителей. Они умнее пропагандистов… Зритель свободен в своем поведении и словах, чего нельзя сказать о пропагандистах.

Одновременно перед нами упадок киноиндустрии, которую превратили в механизм кинопропаганды, разобрав на части. Единственный позитив в этом тот, что зрителей не так легко превращать в идиотов, что и демонстрирует наличие всего пяти человек на сеансе.

Это общий провал всего, что было накоплено культурой за многие годы. Даже страшно подумать, с чем будут идти вперед новые поколения. А провал сегодняшний понятен всем: “Чем ближе самый любимый россиянами праздник, тем активнее в социальных сетях обсуждаются «культурные итоги» уходящего года. А они, мягко говоря, неоднозначны. Ханжество, прикрываемое «патриотизмом», достигло таких феерических размеров, что впору задуматься о психическом здоровье целой страны. Доноса теперь не избежит даже «Лебединое озеро».

Об этом хорошо написано в одном из комментариев по поводу реакции так называемой общественности на так называемую «голую вечеринку»: «Когда-нибудь социологи с психиатрами напишут книги о безумии прежде нормальных людей, спокойно смотревших „В джазе только девушки“, „Тутси“, или отечественные „Здравствуйте, я ваша тетя“ и „Джентльмены удачи“, а теперь с брызгами слюны строчащих доносы на учителя физкультуры, всего лишь хотевшего сыграть на школьном празднике Волка в образе Снегурочки из „Ну, погоди!“.

Автор комментария справедливо напоминает, что такая реакция означает не только промывание мозгов у тех, у кого ума никогда не было, не только массовую истерику ханжей и их «нравственности»: «Это непонимание, как устроено искусство в принципе, любое. Что в нем есть метафоры, аллегории, символы, олицетворения. Переносные смыслы, наконец. Что если Принц влюбляется в девушку — Лебедя в известном балете, это не страсть к птице. Хотя не исключаю, на следующем этапе, доносов на «Лебединое озеро» (Культурный погром: как психиатры будущего оценят события 2023 года в России).

Такие развязанные войны (с чужим населением войной, со своим – кино) не могут кончаться победой. Они ведут лишь к моральному перерождению нации. Из них выбираться еще дольше. Такой специалист по кино, как А. Долин, высказывается еще категоричнее: “Путин сделал мощную заявку на то, чтобы стать самым масштабным злодеем XXI века – практически в киношном смысле. Никого масштабнее не знаю. Усама бен Ладен давным-давно померк, хотя у него была заявка мощная. Учитывая развитие человечества, Путин точно останется самым масштабным злодеем в масштабах Европы, нашего континента, до конца этого столетия. По политическому развитию (все, конечно, может еще сто раз измениться) пока похоже на то, что другие злодеи будут появляться и на других континентах. Это может быть Америка, и Латинская Америка, и Азия, и Африка. Европа все-таки свернула в сторону скучной демократии, где так мало места для глобального злодеяния… На этом фоне Путин, конечно, “молодец”! И в этом смысле он вписался в эту линейку Чингисхана, от Нерона и Калигулы…” (Шакиров М. Антон Долин: “Путин в кино – античный герой-злодей или карикатурный диктатор?”).

Кино является идеальным медиа для пропаганды. Тем более в зале тушат свет, поэтому зрители могут не бояться, что на них донесут, если увидят их возмущеннные лица. И из зала страшно выйти раньше…

Г. Гусейнов видит результат года так: “2023 год дал говорящим на русском языке людям ультимативные ключи для понимания того, как получилось, что именно РФ стала зачинательницей войны на бывшем советском пространстве и — вместе с нею — самого позорного падения нашего, первого послевоенного поколения бывших граждан СССР. Подсказку дал выпущенный на экраны РФ в ноябре 2023 году сериал «Слово пацана». В основе фильма — жизнь казанских преступных группировок 1980-х годов. Главные действующие лица — пацаны, страдающе-действующие лица — чушпаны.

Главное в жизни пацанов — отстоять свое право числиться настоящим пацаном, членом группировки, крутым мэном. Главная беда молодого мужчины — очутиться в чушпанах. На самом деле, существует масса вариантов обозначения чушпанов — в составленном еще в 1960-х словаре Леонида Городина, чудом успевшем выйти в Москве незадолго до начала войны в Украине, есть созвучные «чушки»: так называли в лагерях низшую касту, или тех, кто сдался на милость победителя-пацана.

Это базовое разделение проходит через всю так называемую систему РФ, выстроенную чекистами во главе с Владимиром Путиным с 1999 по 2023 год по лекалам советской пенитенциарной системы. В самой идее движения вспять — к созданию гибрида нескольких прошлых эпох, эпох непререкаемого могущества Российской империи и СССР, — испытало, возможно, мистический ужас от осознания собственного величия и одновременно от страха возможного провала. Во избежание провала миссии чекисты вынуждены были всю первую четверть ΧΧΙ века внедрять первобытные методы пытки — заключение в тюрьму несогласных — просто за их слова и предполагаемые мысли, истребление политических противников руками наемных убийц, сексуальное насилие над заключенными и мобилизованными. К концу 2023 года возникла поразительная по инфернальной красоте картина” (Гусейнов Г. Конец года или конец истории).

Упадок кино отражает и упадок жизни. Пять зрителей на сеансе – это закономерный итог пропагандистской вакханалии, которая обрушилась на население. Но опыт истории говорит, что убивают не только пули и пушки… Пропаганда не менее сильный инструментарий. Ее последствия тоже придется выкорчевывать из массового сознания. И на это уйдут очередные десятилетия…

И в завершение мнение социолога С. Стивенсон о сериале и жизни: “Под конец этого года сериал напомнил о мире, из которого выросла вся российская государственная система. О первичном бульоне, из которого возникли первые комсомольско-партийные предприниматели и первые рэкетиры. О специфическом представлении о чести — «пацаны не извиняются». О неизбежной расплате за предательство. О необходимости бить первым, если якобы нет другого выбора. «Слова пацана» показывает реалистичную картинку обнуления цивилизации, скатившейся до примитивной брутальности и опоры на своих. По крайней мере отчасти его массовую популярность можно объяснить тем, что это же обнуление и брутальность российское общество могло наблюдать весь 2023 год и, вероятно, будет наблюдать и в 2024-м” (Стивенсон С. Год пацана. Как увязшее в войне российское общество поддержало и криминальную культуру Пригожина, и примитивную брутальность сериала Крыжовникова).

Сериал недалеко ушел от жизни… Жестокий мир присутствует в двух вариантах кино и жизни …


Георгий ПОЧЕПЦОВ.
Доктор филологических наук, профессор.
Киев, Украина.
Печатается с любезного разрешения автора


Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов.

Наверх